Previous Entry Share Next Entry
О славном моряке Карле Эгги и о том, как его "похоронили"
Breviarissimus
breviarissimus

В свое время мне доводилось уже вспоминать об экспедиции Умберто Нобиле к Северному полюсу в 1928 г. Тогда итальянский исследователь и дирижаблестроитель попытался достигнуть самой северной точки планеты на дирижабле "Италия", но потерпел аварию. В эпопее по розыску уцелевшей части экипажа, в которой было задействованы СССР, САСШ, Норвегия и многие другие страны, погибло людей больше, чем собственно в экспедиции (в частности, знаменитый Р.Амундсен, разбившийся на гидросамолете "Латам" в ходе поисков лагеря спасшихся). Львиная доля заслуг по спасению итальянцев принадлежит Советскому Союзу, где "в рекордно короткие сроки, был создан Комитет помощи пропавшему дирижаблю и сформировано несколько спасательных партий - на ледоколе "Красин", ледокольных пароходах - "Малыгин" и "Г. Седов", на научном судне "Персей". Ледокол "Красин", самый мощный в мире на тот период ледокол, стал флагманом операции". Командовал "Красиным" один из самых опытных судоводителей Балтики, Карл Павлович Эгги.

Из книги Э.Миндлина "Красин во льдах", автор которой непосредственно принимал участие в походе "Красина". Штрихи к портрету капитана Эгги.

Вахтенный, не смея глядеть капитану Эгги в глаза, прошептал:
- Капитан!
- Я капитан.
- Я вижу людей.
Капитан зорко всматривался туда, куда тянулся указательный палец правой руки вахтенного начальника. Он боялся поверить себе и все же признался:
- Я вижу одного человека!
- Там не один, там две или три точки, которые идут навстречу. Капитан, это люди!
И Эгги, холодный, спокойный Эгги, который всегда уверял, что природа совершила ошибку, наделив человека нервами, видел людей.
- По-моему, один сидит на снегу, - говорил он. - Вот он встал. Он поднимает руки. Другой стоит рядом. Он машет шапкой.
Сирена кричала истошным голосом. Она надрывалась, звала и населяла неживую пустыню призрачными людьми. Капитан Эгги ущипнул себя за кончик уха и спросил у вахтенного:
- Вы сколько не спали, Август Дитрихович?
- Три ночи.
- Кончайте вахту и заваливайтесь на койку. Спите до тех пор, пока не почувствуете, что у вас нет никаких нервов. Я сделаю то же самое. И больше чтоб это не повторялось! ...


Экспедиция по спасению экипажа У.Нобиле завершилась практически полным успехом, причём "Красин" поставил рекорд свободного плавания в арктических широтах. Операция имела широчайший международный резонанс - учитывая, что ледокол выходил в море сверхсрочно, и на подготовку было лишь несколько дней. В успех миссии "Красина" в остальном мире никто особо не верил. 5 октября 1928 г. экспедиция триумфально возвратилась в Ленинград, а ледокол первым из судов торгового флота был награжден орденом Трудового Красного Знамени. Руководство экспедиции и рядовые участники оказались в центре внимания прессы, многие из них получили государственные награды: для молодой Советской республики, с трудом преодолевавшая информационную блокаду и враждебное отношение общественного мнения Европы, подобные успехи были крайне важны. Поэтому знаков отличия и поощрений для "красинцев" не жалели и вплоть до "большого террора" 1937 года судьба членов экспедиции складывалась вполне благополучно. Да и ежовщину они пережили почти все, за малым исключением, был расстрелян лишь начальник экспедиции Рудольф Самойлович. Судьба же капитана К.Эгги сложилась вполне благополучно, хотя детали его дальнейшей биографии известны лишь отрывочно: "В 1934 году был флаг-капитаном по перегону пяти тральщиков из Владивостока в Мурманск через тропики, а затем направлен на приемку и перегон судов, закупленных в Германии для Дальнего Востока. Впоследствии работал капитаном-наблюдающим за постройкой ледоколов. В 1944 году был назначен на должность капитана нового ледокола "Сибиряков". В послевоенные годы жизнь и деятельность Эгги не была связана с ледокольным мореплаванием ..." (источник).

Более того, в воспоминаниях моряка-дальневосточника Т.М.Кривоногова, изданных на Камчатке в 2011 г., упоминается, что зимой 1950 г. автор встречал Карла Эгги. Заслуженный капитан на тот момент командовал рыболовной шхуной "Медуза, базировавшейся в ковше рыбного порта Петропавловска-Камчатского, он уже тогда был легендарной личностью. О его последних годах жизни Кривоногов пишет следующее: "Легендарный капитан Карл Павлович Эгги, вписавший одну из ярких страниц в истории советского мореплавания, заработав пенсию, в 1953 г. покинул Камчатку и переехал к себе в Ленинград. На пенсии прожил около двух лет. Сказались полярные плавания, ленинградская блокада и другие житейские невзгоды. В 1955 г. Карл Павлович скончался, прожив шестьдесят два года." Правда, в описи личных открытых архивных фондов СССР указана иная, более поздняя дата: "ЭГГИ Карл Павлович (1893-1958), капитан дальнего плавания. МАА, 81 ед. хр., 1911-1950.", что, впрочем, можно списать на несовершенство человеческой памяти. Вряд ли Т.Кривоногов имел доступ к архивным источникам, так что примем за точную дату смерти капитана Эгги 1958-ой год.

Представьте теперь моё неподдельное изумление, когда в № 2167 белоэмигрантской газеты "Возрождение" от 9 мая 1931 г. я натыкаюсь на подобное объявление в новостном разделе. "Расстрел капитана Эгги. По сведениям, полученным из Ревеля, ГПУ расстреляло в Архангельске штурмана Иогги Эгги, который командовал ледоколом "Святогор" ("Красин") в 1928 году во время экспедиции для спасения Нобиле. В свое время большевики называли Эгги, действительно хорошего торгового моряка Балтийского флота, "национальным" героем. Почему он расстрелян - сведений нет." (источник).

Безусловно, эмигрантская пресса питалась не самой свежей и проверенной информацией о положении дел в СССР, а тем паче, если сведения касались спецслужб. В частности, в данном случае речь идет о слухах - никаких официальных сообщений о расстреле К.Эгги в сов. печати появиться, естественно, не могло (по причинам, изложенным выше). Почему "расстрел" капитана Балтфлота произошел именно в Архангельске ... бог весть? Заодно повеселила говорящая сама за себя деталь сообщения: ладно, капитана назвали "штурманом", но вместо имени (Карл) напечатать дословную русскую транскрипцию эстонской фамилии - Иогги Эгги. Дело в том, что в некоторых советских документах и указах фамилия Карла Павловича указывалась двойным манером, как Эгги (Иогги) или Эгги (Иыги). А незадачливый корреспондент "Возрождения" принял эту форму написания за имя и фамилию. В результате господа репортеры из города Парижу сели в лужу ... впрочем, читатели "Возрождения" так никогда и не узнали этого прискорбного обстоятельства. "Звери-большевики умучали доблестного полярного капитана, добывшего стране почёт и славу! Варвары краснопузые неблагодарные, чего с них взять ..."



?

Log in

No account? Create an account