Previous Entry Share Next Entry
О бренности земных удовольствий: судьба жены номенклатурщика
Breviarissimus
breviarissimus

В эпоху сталинского социализма, судьба номенклатурных деятелей была, как известно, переменчива: тревожный чемоданчик с ложкой, кружкой, сменой белья и регулярно обновляемыми сухариками стоял в коридорчике, почитай, у всех высокопоставленных сановников, не говоря уже о среднем и низшем звене райкомов и заводских инженеров. "Всё одно на Колыму - не сидеть, так руководить." Административно-командная система, чрезвычайно эффективная и доказавшая свою работоспособность страшным испытанием в Великой Отечественной войне и послевоенном возрождении н/х, имела "подстистему страха" в качестве одной из основных компонент.

Кстати, указанный термин впервые был введён в оборот "прорабом перестройки" Ю.Афанасьевым - и при всём моём к нему неуважении, конъюнктурщик метко ухватил суть явления: сам по себе индивидуальный террор государства против чиновника (а тем паче против членов его семьи) бессмысленен и контрпрдуктивен, вызывая лишь оторопь и злобу, с последующим переходом к желанию отомстить. А вот будучи вписана в стройную, реально работающую систему ротации кадров, не знающую исключений и привилегий, боязнь репрессий изрядно повышала продуктивность труда сталинского управленца. Правда инициатива при таком порядке была наказуема исполнением с возможными фатальными последствиями для жизни инициатора, но это из иной оперы

В эмигрантском издании "Иллюстрированная Россия", № 47(288) от 15 ноября 1930 года мне попалась прелюбопытная фотография. Относительно недавно назначенный Полномочный представитель СССР в Австрии К.К.Юренев с женою и тещей запечатлены на открытии выставки советского искусства. Лица у супруги и её матушки радостные, сам Константин Константинович слегка напряжён, но в пределах обычной дипломатической холодности. Пыщущий ядом белоэмигрантский репортёр в подписи под снимком злобно ехидничает, мол "Всё семейство, повидимому, чрезвычайно довольно своей судьбой", намекая на доволь буржуазно-добропорядочный вид и поведение советского дипработника, а особенно его семейства. Учитывая, что эмигрантская пресса неустанно пророчила крах Союза ССР, приурочивая это долгожданное событие то к Новому Году, то к интервенции союзников, а то и просто к датам, произнесенных неведомыми голосами в головах отпетых монархистов, язвительность подписи неудивительна. Да и элементарная зависть к обеспеченным холёным дамам мотивировала острослова не в последнюю очередь: мне неоднократно приходилось уже убедиться, насколько эмигрантская публика болезненно воспринимала саму мысль о том, что в брошенной ими России кто-то может жить комфортно и без особых проблем. Сами-то беженцы, в массе своей перебивавшиеся случайными заработками, беспаспортные апатриды тратили долгие годы для достижения хоть какого-то, хотя бы минимального благополучия. А здесь целая жена посла с мамашей, в дорогих польтах, купленных (ясный перец) на конфискованные средства убиенного дворянства, лыбятся в камеру и только что не светятся от счастья, представляя буржуям искусство страны победившего пролетариата, тьфу, срамота! Ненавижугадысволочибыдло etc.

Правда, большинство читателей этого номера "Иллюстрированной России" дожили до 1938 года, когда стало известно о гибели Константина Константиновича Юренева (Кротовского) в мясорубке "большого террора". Поскольку русская зарубежная пресса усердно перепечатывала приговоры "бандам троцкистских убийц и шпионов" из газеты "Правда" - на радость белым офицерам, удовлетворенно ставившим крестики напротив фамилий своих противников 20-летней давности, - в Париже безусловно узнали о расстреле Юренева. Не думаю, что особо плакали, а очень даже радовались кончине ещё одной большевистской сволочи. Но чего точно не узнали на Елисейских полях - так это судьбы улыбающейся эффектной дамы в центре описываемого снимка. Для членов семьи изменника родины были уготованы особые карательные меры: Иосиф Виссарионович мудро выкорчёвывал старую ленинскую гвардию целыми кланами. Дабы не расплодились по-новой новоявленные аристократы в революционных красных шароварах. Поэтому судьба Галины Михайловны Юреневой была ожидаемо печальной, 8 лет вкатили рафинированной миледи как ЧСИРше... ещё по-божески. Однако выжигать скверну полагалось до конца и, под аплодисменты эмигрантской аудитории Европы террор в СССР пошёл по второму кругу.

Из списка, поданного Л.Берией в Политбюро ЦК ВКП(б) от 6 сентября 1940 г. (прошение на передачу в Военную Коллегию ВС дел на 537 человек, из которых 472 предлагается оформить по "1-ой категории" - высшая мера наказания). Читаем стр.485: "ЮРЕНЕВА Галина Михайловна, 1895 года рождения, уроженка гор. Орла, русская, гр-ка СССР, беспартийная. До ареста - домашняя хозяйка. Решением Особого Совещания при НКВД СССР от 9 сентября 1938 года была осуждена к 8 годам ИТЛ, как жена изменника родины. В связи с поступлением новых материалов, 17 июля 1939 года доставлена в Москву и вновь привлечена к следствию по ст.58 п.1-а, 58-8, 58-11 УК РСФСР. Жена изменника родины, подозревается в шпионаже. С 1933 по 1937 год проживая в Японии находилась в близких отношениях и участвовала на сборищах, устраиваемых японскими разведчиками ХИРОТА, СИГЕМИЦУ, САИТО, ТОГО, АМО. ЮРЕНЕВА также клеветнически отзывалась о проводимых мероприятиях ВКП(б) и советской властью по разгрому врагов народа. Высказывала террористические намерения против руководителей ВКП(б) и советского правительства. Изобличается показаниями КОЧЕТКОВОЙ (осуждена к 8 годам ИТЛ), САБАНИНА А.В. (осужден к ВМН) и УБОРЕВИЧ (арестована)." Категорию наказания для Г.М.Юреневой предлагалось избрать первую.

Знали бы газетчики в 1930 о грядущем бесславном финале г-жи Юреневой в подвале НКВД ... но - "нам не дано предугадать" .


  • 1
Рожи действительно на редкость противные. Так что, полагаю, пером белого эмигрантского журналиста двигали, может быть, не только социальный заказ и зависть. Человека, который имеет хотя бы отдаленное преставление о том, что такое " порода", или "класс" эти хомячки привлечь ничем не могут.
По той же причине невозможо испытать к ним сочувствие, узнав о печальном конце их " большой еды".
Умер Мартын и хрен с ним.

  • 1
?

Log in

No account? Create an account