Previous Entry Share Next Entry
О коллективной груди и Корнатовском
Breviarissimus
breviarissimus

Для памяти, чтобы не забыть. В современном издании книги Н.А.Корнатовского "Борьба за Красный Петроград" (Н.А.Корнатовский. - М: ООО "Издательство ACT", 2004.) этой фразы нет, следовательно она присутствовала лишь в первых изданиях. В частности, подметивший прелестную околесицу В.Ходасевич (Гулливер) цитировал её в "Возрождении", Париж, № 3515 от 17 января 1935 г. как раз по 10-ой кн. "Литературного современника" (Ленинград, 1934 г.). Дословно:


Кончаются воспоминания Корнатовского не совсем удачно фразой о том, что "красный город-боец несёт на своей коллективной груди боевой орден красного знамени"... Хорошо еще, что не на "коллективной шее"...



P.S.

Удивительная биография питерского профессора истории Николая Арсеньевича Корнатовского (1902-1977) сама по себе достойна отдельного повестования. Тётя Вики лаконично сообщает : "С 1919 в Красной Армии, участник боёв на Западном фронте. В 1925 – военком кавалерийского полка, тяжело ранен в Туркестане. В 1928 окончил Военно-политический институт им. Толмачёва и до 1940 работал научным сотрудником Ленинградского Истпарта. В 1940 защитил докторскую диссертацию, с этого же года – профессор ЛГУ. В 1949 стал заведующим кафедрой основ марксизма-ленинизма, а затем – деканом исторического факультета. В сентябре 1949 был обвинён в троцкизме, арестован и осуждён на 25 лет, реабилитирован в 1954. С 1964 – и. о. заведующего кафедрой истории КПСС, с 1968 – профессор кафедры истории советского общества."

P.P.S. На самом деле это фантасмагорическая повесть, о том как "закалялась" советская перевертоцная "интеллигенция", именно что призыва "института красной профессуры" 20-ых. Сверхофициозный историк, читавший в ЛГУ с 1940 г., Корнатовский был известен всем студентам нач. 40-ых гг. как несгибаемый коммунист-сталинист. Нижеприведённые подробности взяты отсюда.

Известный историк и писатель Д.Н.Альшиц вспоминал факультет довоенного времени: "По истфаку, гремя палкой, вышагивал известный в те времена официозный историк, профессор Николай Арсеньевич Корнатовский, который запрещал студентам задавать ему вопросы, касающиеся досоветской истории. Выдавая свое невежество за доблесть, он даже хвалился тем, что не знает и не желает знать историю России до реформы 1861 года. Соответственно “Карнач” - таково было его прозвище у всех знавших его поколений истфаковцев - презирал своих коллег историков, которые занимаются более ранней, т.е. совсем уже “феодальной” и “буржуазной” историей."

Из воспоминаний Т.Б.Клоповой: "Зима 1944 года. Война. Саратов. Ленинградский университет находится около двух лет в эвакуации. Я учусь на четвертом курсе. Куратором нашего курса был профессор истории советского периода Николай Арсеньевич Корнатовский. Лекции читал по конспекту. Объяснял это так: “Слишком ответственный период истории и своими словами говорить не имею права”. Лекции были исключительно скучными. <...> Много зла причинил он людям своими доносами. Много пострадало невинных талантливых людей. В 1949 году, когда вакханалия с арестами достигла в Ленинграде апогея, арестовали и его".

5 октября 1949 г. на пленуме Ленинградского горкома партии в докладе секретаря В.М.Андрианова говорилось: "Кафедру основ марксизма-ленинизма в областной партийной школе и государственном университете возглавлял Корнатовский, который в своих лекциях и печатных работах протаскивал троцкистско-зиновьевскую пропаганду. Мы брали первоисточники доктора исторических наук Корнатовского и сверяли, оказалось, что полностью печатались речи Зиновьева и других врагов, только подписи менялись этим контрабандистом". Влепили т.профессору четвертушечку, благо смертную казнь отменили в те годы, за идейно вредное описание коллективной груди(С) Петрограда 1919-20 гг. Выжил, отсидел не полностью по причине смерти главного друга гуманитариев и шахтёров.

И расцвело сухое деревце внезапным бонсаем, после почти 6-летней отсидки. Профессор А.А.Кулаков вспоминает о Корнатовском: " ... участник Гражданской войны, потерявший ногу в борьбе с басмачами в Средней Азии. <...> Он как историк писал о Гражданской войне во многом в духе “Краткого курса истории ВКП(б)”. Репрессированный по “ленинградскому делу” он стал одним из первых, кто выступил с критикой концепции этого сталинского труда. Это было в его лекциях о политической борьбе в партии в 20-е годы и в докладах на теоретических семинарах факультета, которые собирали большую аудиторию. Его политические выступления с критикой “культа личности” были особенно яркими в 60-е годы".

Вот что гулаги животворящия с фанатиком сделали ... лобовое столкновение с изнанкой советской действительности - и быв.адепт Сталина и "Краткого курса", развернушись оверштаг, с той же яростной энергией поносит культ личности и застывшие догматы собственной юности. Жаль, не дожил до торжества капитализма, глядишь и медальку бы повесили, "жертве сталинизма", да воспоминания бы напейсал. Как в 1919 г. раздумывал перейти к Юденичу, но латыши со страшными пулемётами и Чека лютое загнали несостоявшихся беглецов из большевицкого ада обратно, за железный занавес, в лапы Троцкому. Эх, гвозди б делать из этих людей(С).


?

Log in

No account? Create an account