Previous Entry Share Next Entry
О быте нижегородцев столетней давности
Breviarissimus
breviarissimus
Пролистываю нижегороцкую губернскую прессу начала ХХ века. Бытовые свидетельства эпохи прекрасны и, зачастую, не нуждаются в комментариях по причине удобопонятности и такой милой узнаваемости, что диву даешься. Открываем Нижегородские губернские ведомости №8, 20 февраля 1902 г. и наслаждаемся хрониками операции "Вихрь-антитеррор" криминальными новостями:
 

ДжихадЪ и белая горячка в самом центре благонравнейшего купеческаго города как они есть. Три часа безумной пальбы в обывателей и финальное харакири проникающее огнестрельное в живот. "Нравы Растеряевой улицы" писались Глебом Ивановичем Успенским с подобной беспросветной натуры.


- Умру! умру! - заорал мастеровой, упав на колени.
- А, чудак человек! Ну, из-за чего же я...
- Каплю, дьявол, каплю!
- Что? Что такое? - заговорил, нехотя повернув голову к спорящим, Прохор Порфирыч. - В чем расчет?
- Да, ей-богу, совсем малый взбесился... Просит колупнуть, но как же я ему могу дать?
- Любезный, заступись!.. Я ему, душегубу, за бесценок цвол (ствол ружейный). Цена ему два целковых... Прошу полштоф, а?
- Что же ты, Данило Григорьич! - произнес Порфирыч.
- Ей-ей, не могу. Мы тоже с этого живем...
- Покажь! - сказал Порфирыч, - что за цвол?..
У мастерового отлегло от сердца.
...
Порфирыч снова рассматривает ствол и наконец нехотя произносит:
- Дай ему, Данило Григорьич!
- Три?
- Да уж давай три... Что с ним будешь делать...
Малый-то дюже тово... захворал "чихоткой"!
Мастеровой почти залпом пьет три больших стакана по пятачку, обдает всю компанию целым проливнем нецеремонной брани и, снова пьяный, снова разбитый, при помощи услужливого толчка, пущенного услужливым целовальником, скатывается с лестницы, считая ступени своим обессилевшим телом.


Россия, которую большевики сгубили мы потеряли(С).

?

Log in

No account? Create an account