Previous Entry Share Next Entry
О квартирном вопросе: что почём для апатрида?
Breviarissimus
breviarissimus

Попалась на глаза добротная статья в парижском "Возрождении", № 32 от 4 июля 1925 г., в которой автор (укрывшийся за аббревиатурой "В.П.") даёт обзор цен на жильё в различных регионах Франции середины 20-ых гг. Больной вопрос для беженцев из России, вечно скитавшихся по съёмным углам. Из текста публикации следует, что на тот момент во французской провинции руководство предприятий уже строило для рабочих временное жильё, привлекая таким образом на заводы персонал, нехватка которого ощущалась в годы, последовавшие за Версальским перемирием. Война выкосила миллионы людей, Европа остро нуждалась в рабочих руках. Именно тогда, как мне уже доводилось упоминать не раз, в Ля Белль Франс потянулись марокканцы, итальянцы и попавшие в эту струю русские белоэмигранты. Однако, особо отмечу, что относительно благоприятная экономическая конъюнктура, позволявшая найти работу, хлеб и кров русским горемыкам, схлопнулась в 1929 году и вплоть до начала Второй Мировой подобное "благоденствие" более не наблюдалось, что сказалось и на положении с жильём - цены возросли, платежеспособный спрос упал. В дальнейшем постараюсь найти аналогичные цифры по аренде квартир и комнат на середину 30-ых гг., занятно было бы сравнить динамику за 10 лет.


Зарубежная Россия

ФРАНЦИЯ
КВАРТИРНЫЙ ВОПРОС ДЛЯ РУССКИХ РАБОЧИХ


Условия работы в Париже, в крупных промышленных центрах Франции и, наконец, на фабриках и заводах маленьких городков, конечно, не одинаковы и главное отличие заключается прежде всего в размере заработной платы, которая в Париже в 1 с пол. - 2 раза выше, чем например в Тарбе
(1).

Такая разница в уровне заработной платы объясняется в первую голову различной, в разных местах, высотой прожиточного минимума, в рамки которого входят насущные, первоначальные потребности, как то: жилище, питание и одежда.

Темой настоящей статьи служит первый элемент расходного баланса рабочего бюджета - квартирная плата. И мы хотим по возможности ответить сейчас на вопросы - в какой обстановке живут русские рабочие (по большей части бывшие офицеры и солдаты) и сколько они платят за своё жилище.

Для начала осветим вкратце положение квартирного вопроса в провинции.

Фэрриэр оз-Этан. Около городка Флерс на ж.д. линии Париж - Гранвилль, в ста километрах от последнего, среди живописной местности раскинулись постройки и сооружения рудников "Фэрриэр оз-Этан"
(2). Недалеко от шахт расположился и рабочий городок, где живут и наши русские. Дома кирпичные, одноэтажные, с чердаками. Каждый дом имеет две симметрично расположенные квартиры; перед каждой квартирой разбит палисадник, а с задней стороны дома отведено довольно большое пространство под огород. Всякая квартира имеет две отдельные комнаты, одну проходную и кухню. В месяц за пользование такой квартирой, независимо от того, сколько человек в ней живёт, администрация рудника удерживает 8 франков. Всякому рабочему за 2 франка в месяц выдается кровать, матрац, две простыни и два одеяла. Дрова бесплатно, а освещение нужно иметь за свой счёт.

Копи Монтебра
(3). И здесь русские живут в доме, который для них предоставлен администрацией копей. В верхнем этаже дома живут холостые по 1-2 человека в комнате, а в нижнем - квартиры для семейных. В верхнем этаже большая комната оставлена свободной, и в ней каждый вечер собирается вся русская колония. Плата за каждую комнату (с кроватью, постельным бельём и необходимой мебелью - 15 франков в месяц.

Клермон-Ферран
(4). Это сравнительно большой город с развитой промышленностью. Здесь одна группа русских (офицеры и солдаты Корниловского полка) работает на железной дороге. Для них также отведён особый барак, чистый, опрятный. Барак представляет собой обычный вид общежития (нельзя конечно, его и сравнивать с палатками Галлиполийского лагеря). По обеим сторонам барака расставлены койки, с хорошими матрацами, тюфяками и подушками. Над каждой койкой шкаф для белья и платья, а около стол и стул. Освещение электрическое; отопление (каменным углём) вполне достаточное, и поэтому в бараке тепло даже в скверную зимнюю погоду. За жизнь в бараке удерживают некоторую сумму из заработной платы (не более 10 франков в месяц), и после вычета за питание и помещение остаётся около 9 франков за 8 часовой рабочий день.

В крупных промышленных центрах квартирный вопрос уже труднее. Правда при заводах часто имеются, так называемые, кантины
(5) где в бараках можно иметь спальное место (кровать, подушка, 2-3 одеяла и 2 простыни). Плата за такое место 20-30 франков в месяц. Но состав жильцов таких общежитий заставляет всегда быть настороже; общая обстановка сожительства с совершенно чужими, часто просто неприятными и грязными людьми такова, что при первой возможности русский рабочий перебирается в собственную комнату. Цены на меблированные комнаты почти везде достаточно высоки, но всё же ниже парижских.

Парижский район не везде имеет одинаковую плотность русского населения. Большая часть рабочих живёт в районе Гренелль, площади Итали, Версальской заставы и, наконец, в Бианкуре, Севре, Булони и Иси-ле-Мулино
(6). В этих местах есть отели, где ряд комнат занят русскими рабочими. Очень редко русские живут по одному в комнате,это объясняется и дороговизной квартиры (менее 100 франков в месяц за комнату не платят) и, полагаю я, отвычкой от обособленной, уединённой жизни. За комнату с широкой двухспальной кроватью платят 150-180 франков, при условии же наличия отопления и горячей воды - 200 франков и выше.

Общежития (около фабрик), в которые русские попадают очень редко, встречаются главным образом на набережной Сены (как у нас в Петербурге на Обводном канале), но условия жизни здесь таковы, что только африканцы и китайцы могут переносить их как нормальный.

Русские рабочие - собственники, имеющие свои маленькие клочёчки земли и домики, составляют ничтожный процент в общей массе. Но всё-таки в Севре, Вирофлэ
(7) и иных пригородных местах можно встретить избушки, принадлежащие русским. Эти домишки не отличаются богатым видом, так как на постройку их идёт самый разнообразный материал, но зато всё здесь носит печать любовного, заботливого отношения. На многих фабриках рабочие могут покупать пустые ящики, бочки и т.п. за низкую плату и вот при выходе с завода часто можно видеть и русских на спине у которых помещается такой строительный материал. По большей части собственники этих, громадными усилиями и настойчивостью созданных домишек - люди семейные, которых страшит возможность бродячей жизни и для подрастающих детей.

В. П.


Прим. breviarissimus :

1) Tarbes - Тарб, административный центр департамента Верхние Пиренеи. Расположен чуть севернее г.Лурд и испанской границы. Население - 45613 жителей (2009 г). Изрядная глухомань по французским меркам - видимо потому и взята для сравнения. Промышленность здесь отродясь отсутствовала, за исключением конного завода.

2) В современной русской транскрипции - Ла Феррьер-Окс-Этан (La Ferrière-aux-Étangs). Городская коммуна в нынешнем департаменте Орн в Нижней Нормандии. Сейчас здесь проживает около 1500 человек населения. С 1901 по 1970 гг. - центр добычи железной руды (до 45 000 тн. обогащённого концентрата в месяц).

3) Оловянные копи у деревушки Монтебра (быв. регион Лимузен, с 2016 г. входит в Новую Аквитанию) были известны ещё кельтам и римлянам. Были заново открыты инженером Маллардом в 1858 г. Промышленная добыча олова велась здесь с 1867 по 1914 гг. С 20-ых гг. шахты Монтебра перешли на добычу минерала (названного по имени копей) "монтебразитом" и являющимся сырьем для получения лития. В 60-ых гг. в районе Монтебры началась разработка полевого шпата карьерным способом.

4) Clermont-Ferrand - город в центр. части Франции, столица региона Овернь. Население сейчас достигает ок. 140 тыс. чел. Промышленность в этом регионе получила первоначальный импульс к развитию, после того как племянница шотландца Дж.Макинтоша (изобретателя непромокаемого резинового плаща) "вышла замуж за клермонского сахарозаводчика Эдуарда Добре и принесла с собой некоторые соображения о производстве резиновых изделий, подсказанные ей дядей. В 1889 году компания получила название Michelin and Co, как раз вовремя, чтобы ухватить возможности, которые открывало возникновение автомобильной авиационной промышленности в преддверии Первой мировой войны. Семейство Мишлен правило городом и давало работу 30 тысячам его жителей до начала 1980-х годов..." (источник). Ныне городок славен своим университетом и фестивалем короткометражного кино.

5) Термин употреблялся во Франции в значении - столовая или лавка в учреждении, на предприятии или в воинской части. В Италии, испаноязычных странах и США слово имело несколько иной оттенок - небольшой кабачок, таверна, бар, погребок. Исходя из текста, видимо имел и расширительное толкование - общежитие.

6) На тот момент - ближние парижские пригороды.

7) Viroflay - кантон и городская коммуна, ныне в 14 км от черты Парижа. В то время - весьма удалённая от города сельская местность.


?

Log in