Previous Entry Share Next Entry
О ВООПИК и его наследниках
Breviarissimus
breviarissimus

Одной из самых авторитетных и, безусловно, крупнейшей организацией в позднем СССР, занимавшейся охраной, сбережением, популяризацией и вопросами использования историко-культурного наследия, было "Всероссийское общество охраны памятников истории и культуры" (ВООПИК). Практически свёрнутая к началу 30-ых гг. реставрационная деятельность и, в более широком смысле, охрана культурного наследия России дореволюционного периода, более 20 лет теплилась лишь усилиями отдельных энтузиастов, среди которых на первом месте стоит личность П.Д.Барановского (более подробно об этом авторитетнейшем человеке потрясающей личной смелости и незаурядном учёном можно прочитать здесь). Во многом, именно его усилиями, поддержанными многими членами научного сообщества СССР, литераторами и художниками, в октябре 1948 года вышло постановление Совета Министров № 3898 за подписью И.Сталина "О мерах улучшения охраны памятников культуры".

Нужно отметить, что обращение государства к теме сбережения наследия предков, казалось бы совершенно никчемное (с точки зрения обывателя) в то время, когда страна тяжким трудом миллионов советских людей восстанавливалась из руин, имело ещё и глубокий политический подтекст. Убедившись в несостоятельности идеи мировой революции и подкорректировав изрядно идеологический курс в сторону "почвенничества", создававший свою империю Сталин, особенно после Великой Отечественной Войны, стал явно покровительствовать тем проявлениям русского духа, которые ещё пяток лет назад проходили бы по разряду "великорусского шовинизма" и карались как минимум исключением из партии, а то и реальным сроком. Поэтому коренным образом изменившееся (внезапно!) отношение к историко-культурному наследию было, на самом деле, оправдано логикой построения государства, прокламировавшего принципы пролетарского интернационализма, но в действительности опиравшегося на исконно русскую, монархическую имперскую традицию (с культом царей-преобразователей - Петра I, Ивана Грозного и т.п.).

В тексте постановления директивно указывалась необходимость образования научно-методического совета по охране памятников культуры, в котором должны быть представлены АН СССР, Комитет по делам архитектуры и Комитет по делам искусств при Совете Министров и комитеты по делам культпросветучреждений при Совминах союзных республик. Кроме того, в его состав вводились "отдельные специалисты в области изучения и реставрации памятников культуры". Среди функциональных обязанностей совета значилось "осуществление научно-методического руководства делом охраны и изучения памятников". Президиуму АН СССР было поручено разработать "Положение о научно-методическом совете" и утвердить персональный состав. Исследователи отмечают, что всю практическую работу по подготовке необходимых материалов выполнили академик живописи И.Э.Грабарь и уже упоминавшийся выше П.Д.Барановский. По следам постановления № 3898 вышли, уже в 1949 году, первые нормативные документы, "в которых само понятие "памятник архитектуры" претерпело принципиальное изменение: к словам "отдельно стоящие здания и сооружения" добавились "города, населенные пункты или части их". Начала учитываться органическая взаимосвязь архитектурных памятников с исторически сложившейся окружающей средой, появились требования о создании охранных зон. Следует отметить, что подобное решение ЮНЕСКО и ИКОМОС (Международный Совет по вопросам памятников и достопримечательных мест...) приняли только в 1964 г. Наш отечественный опыт сыграл в этом значительную, а может быть, и решающую роль." (Цит. по: Щукина Е.П. "Как рождалось русское чудо").

Однако, с приходом к власти Н.С.Хрущева, отношение к памятникам истории опять изменилось в худшую сторону. Вульгарно понимаемый полуграмотным Никиткой "коммунизм" порешили скоропостижно построить к 1980 году, а потому на места были даны соответствующие моменту указания: "церкви сносить, старые кварталы туда же", высвобождая, таким образом, место под города будущих коммунаров, в реальности представлявшие из себя кварталы неказистых панельных пятиэтажек. Догматики из Политбюро, во главе с серым во всех смыслах кардиналом Идеологического отдела ЦК КПСС М.Сусловым, инспирировали последнюю великую кампанию по манкуртизации собственного населения, но успеха не достигли. Словно грибы после дождя, обратной реакцией на ложный "интернационалистический обскурантизм", по стране ширилось движение самодеятельных (по сути подпольных) исторических клубов и объединений молодежи, открывавшей для себя запретный, ошеломляюще прекрасный мир древнерусского зодчества и памятники более близких нам эпох. Наиболее известным из них был клуб "Родина" (1964-72 гг.), у истоков которого стояли, помимо уже упоминавшегося Барановского, художники И.С.Глазунов, И.М.Погодин, А.А.Коробов, А.М.Лаптев, писатель В.А.Солоухин, публицист В.П.Тыдман ... все они приняли участие в вечере, посвященном древнерусской культуре, состоявшемся 8 мая 1964 г. в аудитории Московского химико-технологического института при поддержке ректора С.В.Кафтанова. "Аудитория была буквально взорвана речами гостей, открывших главную правду: гибнет бесценное достояние Родины, и прежде всего памятники архитектуры и градостроительства. На их горячие вопросы - чем они могут помочь - прозвучало впервые слово Барановского, обращенное непосредственно к молодежи: "Приходите на Крутицкое подворье, там идет реставрация, работа найдется для всех". Тут же родилось и было одобрено предложение - создать "Клуб любителей древнерусского искусства". Общественное движение ширилось, появились первые публикации в центральной прессе: особую роль сыграла статья корреспондента "Комсомолки" Василия Пескова "Отечество" в июне 1965 г., получившая мощный резонанс по всему Союзу. К немногочисленным ранее подвижникам подключились деятели научно-технической интеллигенции, такие как авиаконструкторы О.Антонов и А.Туполев, академик А.Келдыш, писатель Л.Леонов, оперный певец И.Козловский, художники П.Корин и Н.Пластов, космонавт А.Леонов и многие другие известные люди, чей высокий государственный статус и регалии, сделали инициативу "непотопляемой".

Фактически, движение вышло за рамки Министерства культуры, которому оно изначально было подшефно, и в ЦК КПСС почли за лучшее легитимизировать этот патриотический порыв масс, несмотря на всю его подозрительность и явную идеологическую неблагонадежность. В июле 1965 года Совмин РСФСР принял решение о создании Всероссийского общества охраны памятников истории и культуры (ВООПИК). Партноменклатура пошла своим обычным путём, встраивая самодеятельные клубы хранителей старины и реставраторов в официальную структуру, в которой, естественно, ;на главные роли постепенно сажались бюрократические выдвиженцы. Тем не менее, деятельность ВООПИК в 60-70-ые гг. трудно переоценить. В период расцвета общества это была одна из самых массовых организаций в СССР - более 10 млн. (!) человек. "... благодаря усилиям Общества защищено от сноса и отреставрировано, в т. ч. за счёт его средств более 3000 памятников, выделено на реставрацию, консервацию и ремонт свыше 60 млн. рублей. Общество принимало непосредственное участие в создании музеев-заповедников. Выделялись средства, в том числе на литературно-мемориальные музеи-заповедники "Спасское-Лутовиново", "Константиново", музеи деревянного зодчества в с.Хохловка Пермской области, "Малые Корелы" в Архангельске, "Витославлицы" в Великом Новгороде, Суздале. ... Выделялись средства на памятники военной истории: ... военно-исторический и природный музей-заповедник "Куликово поле", ... "Прохоровское поле" в Белгородской области, ... музей-заповедник Сталинградской битвы на Мамаевом кургане в Волгограде, музей-заповедник партизанской славы в Кистнянском лесу Брянской области, благоустройство воинских захоронений. ...". Высшая точка деятельности ВООПИК приходится на 1980 год, когда в стране с помпой отмечалось 600-летие Куликовского сражения, в связи с чем на охрану памятников истории были выделены очень серьезные средства, а вся машина государственной пропаганды работала на создание положительного имиджа партии "заботящейся и приумножающей наследие русского и других народов нашей советской Родины". В том же году общество получило свой печатный орган - альманах "Памятники Отечества", каждый выпуск которого был посвящён национальной культуре и истории России.

Полномочия и статус ВООПИК с самого начала были половинчаты. Де-факто его активисты постоянно сталкивались с нежеланием чиновников и партруководителей всех уровней предпринимать действия, способствующие сохранению памятников культурного наследия. Писатель и лагерный сиделец с 28-летним стажем, однокашник Набокова по Тенишевскому училищу, краевед и один из первых советских экологов, Олег Волков писал про "охрану культуры по-советски": "... накопив опыт и приглядевшись, я ... Отстранился и от участия в работе Общества охраны памятников истории и культуры, в организации и первых шагах которого деятельно участвовал. Истинное назначение этих организаций - быть ширмами, отгораживающими власть от критики и нареканий - они переадресуются обществам. У них нет реальных полномочий и прав, поэтому они не обладают никаким авторитетом в глазах хозяйственников и градостроителей. Если удается изредка в Советском Союзе отстоять памятник, добиться сохранения природного урочища, то в подавляющем большинстве случаев это результат усилий отдельных лиц, использующих личные связи и удачно выступивших в печати. Заключу это отступление справкой о том, что власть радеет лишь о "потемкинских деревнях" - туристских международных маршрутах, на которых проезжие могут свидетельствовать великолепное состояние памятников архитектуры и разнести по всему миру славу правителей, бережно реставрирующих старинные храмы." (полностью книгу О.В.Волкова "Погружение во тьму" можно прочитать здесь).

Как бы то ни было, но с развалом Союза деятельность ВООПИК свелась к минимуму. Численность членов резко сократилась, и лишившись покровительства парт.органов, общество стало действительно добровольным. Поставленные гг.Гайдаром и Чубайсом на грань физического выживания, граждане России en masse сосредоточились на поисках корочки хлеба насущного, позабыв про высокую духовность. Не до того было. С другой стороны, стараниями историков и реставраторов, в начале 90-ых на учёт и охрану было поставлено значительное количество объектов культурного наследия: здесь сыграли свою роль и крах коммунистической идеологии, позволивший снять клеймо проклятия с культовых сооружений, и резкое торможение темпов капитального строительства в городах, порождённое макроэкономическим кризисом. Строить было некому и некогда: физические лица ожесточённо боролись за место под солнцем на ближайшем базаре, а вновь выявленные элитарии осваивали свалившуюся к их ногам страну. Поэтому исторические центры русских городов оставались на тот момент вне зоны интересов государства и частного капитала.

Наступившее в середине 2000-ых золотое время "нефтегазового" процветания РФ совпало с новым этапом уничтожения памятников культуры. Массовое коммерческое строительство стало одной из наиболее прибыльных отраслей бизнеса, а стоимость квадратного метра площади в городских центрах стала измеряться тысячами у.е., ввиду чего главным врагом исторической застройки стал инвестор. Привыкшие к быстрой оборачиваемости средств, могущественные девелоперы (слово-то какое жуткое!) безо всяких сантиментов стали сносить историческую застройку целыми кварталами - в Москве и Санкт-Петербурге, Нижнем Новгороде и Екатеринбурге, в сотнях населенных пунктов по всей России. Там же, где просто раскатать "гнилушки"(С) бульдозерами не представляется возможным, гг.нувориши отыгрываются увеличением этажности возводимых ими сверхприбыльных торговых центров или завышают плотность застройки, непоправимо уродуя градостроительный облик охраняемых территорий. Принятый в 2002 году Федеральный закон №73-ФЗ "Об объектах историко-культурного наследия (памятниках истории и культуры) народов Российской Федерации", несмотря на прогрессивность многих его положений, до сих пор остается, во-многом, декларативным узаконением, поскольку его реализация наталкивается на нечёткость и некорректность формулировок, допускающих двоякое трактование, несвоевременность и некорректность внесения изменений в подзаконные правовые акты. Многочисленные спекуляции возникают вокруг термина "предмет охраны" и его толкования, не соблюдается принцип гласности историко-культурных экспертиз и т.п., в результате чего хозяйствующие субъекты получают легальные пути обхода правовых предписаний, лоббируя интересы застройщика.

Профессор МАРХИ, вице-президент ICOMOS (International Council on Monuments and Sites) по наследию ХХ в., Наталья Душкина так охарактеризовала нынешнее положение дел в сфере ОКН: "Если в конце XIX в., когда формировалась теория охраны наследия, появилось понятие "культ памятников", то сейчас культ денег, везде. Деньги - вершина любой ценностной пирамиды. Деньги продавливают любые профессиональные принципы. Сакральные понятия сметены. Люди, которые должны были насмерть стоять за памятники, не выдержали натиска денег. ... Ответственные за культуру быстро сломались. ... Первыми. Учитывая, что это почти не финансированная сфера ... Миссия по сбережению ценностей предков и передаче их потомкам превратилась в менеджмент объектов наследия. ...". Именно в таких условиях зародилось в России новое, уже не связанное с ВООПИК, градозащитное движение. За какие-то 5-6 лет по всей стране началось мощное, никак не инспирированное сверху, сопротивление бездумному разрушению памятников истории Отечества. Московский "Архнадзор", питерский "Живой город", наш нижегородский "СпасГрад", уфимская "Архзащита", "Настоящая Вологда" и десятки подобных объединений появились как стихийный ответ гражданского общества на вызов времени (пользуясь терминологией Шпенглера). Вопреки ожиданиям акул строительного бизнеса, искренне полагавшим, что покупка лояльности горожан есть вопрос размера суммы, в навсегда, казалось бы, разобщённом российском социуме нашлись здоровые силы. Внезапно отыскались люди, зачастую не имеющие никакого отношения ни к исторической науке, ни к профессиональному архитектурному сообществу, готовые жертвовать своим временем и средствами, вступая в неравную борьбу с конгломератом чиновников и застройщиков, не получая с того ни малейшей материальной выгоды. К сожалению, далеко не во всех регионах ВООПИК приняла участие в этом стихийном резистансе - отчасти потому, что не везде сохранились отделения этой уважаемой структуры, отчасти по причине "встраивания" её филиалов во властную пирамиду на местах.

Очень важная деталь, связанная с особенностями генезиса двух общественных движений. Патриотические и краеведческие клубы, составившие впоследствии основу для создания ВООПИК в 1960-ых гг. были, прежде всего, организациями имевшими отчётливо политический бэкграунд. Их создание и дальнейшая легализация под крылом Совета министров РСФСР представляло из себя один из аспектов никогда не прекращавшейся борьбы в верхнем эшелоне ЦК между сторонниками "чистого пролетарского интернационализма" (традиционно рассматривавшего Россию как расходный материал, уголь в топке локомотива мировой революции) и теми партруководителями, которые придерживались "почвеннического", русофильского направления. Уместно вспомнить, что со слов В.Кожинова, последним и решающим аргументом в пользу создания общества охраны памятников в СССР стала положительная реакция Главного политического управления Советской Армии - кровно заинтересованного в воспитании государственнически ориентированного молодого поколения. ВООПИК был востребован именно в обществе эпохи "развитого социализма", когда формально пролетарское государство на деле превратилось в империю со всеми присущими ей атрибутами, в том числе и с культом памяти предков и их славы. Таким образом на каком-то этапе произошёл симбиоз патриотического движения "снизу" с интересами части номенклатуры.

Обратным образом, все градозащитные объединения современной РФ существуют как исключительно самодеятельные организации, избегающие официального статуса, дистанцирующиеся от государства и вынужденно находящиеся, порой, в противостоянии с региональными элитами. Последние, зачастую, крайне враждебно настроены к градозащитникам по причинам чисто экономического свойства: даже там где речь не идет о коррумпированной смычке капитала и власти, местные органы самоуправления, находящиеся в состоянии перманентного безденежья, рассматривают застройщиков как источник финансирования местных бюджетов и повсеместно готовы жертвовать охраной исторической сложившейся городской среды в пользу аппетитов девелоперов. Бессмысленно искать в действиях провинциальных мэров и губернаторов, идущих на нарушения законодательства об ОКН, иную идеологию, кроме финансовой выгоды. В таких изменившихся условиях, деятельность ВООПИК в тех формах, в которых оно существовало ранее, когда её функционеры имели хоть и слабые, но вполне аппаратные рычаги воздействия на власть предержащих, стала невозможной.

Приходится констатировать, что нынешняя деятельность отделений ВООПИК в высокой степени зависит от совершенно субъективных факторов. Например, в тех филиалах, где возглавляющий его человек придерживается активной гражданской позиции и не идет на огульное соглашательство с интересами строительного бизнеса, по-прежнему имеет место кропотливая и напряженная работа по выявлению объектов культурного наследия и их охране. Таково екатеринбуржское отделение ВООПИК, председатель которого, Олег Букин bukin_oleg, бескомпромиссно борется за сохранение исторической застройки уральского областного центра. В частности, недавно он выступил с инициативой "придания Екатеринбургу статуса исторического поселения", что позволило бы резко сократить правовое пространство юридических манёвров для девелоперов и их покровителей из администрации. При этом деятельность местного ВООПИК находит поддержку у неравнодушных горожан, обеспокоенных утратой исторического облика Екатеринбурга. Есть подобные положительные примеры и в других субъектах федерации.

К сожалению, работа Нижегородского филиала общества охраны памятников истории и культуры (НООПИК) в последние годы была практически незаметна в публичном поле. Во многом, такое положение дел сложилось после ухода из жизни его многолетнего главы и вдохновителя, В.В.Найденко, совпавшего по времени с началом экспансии московского строительного капитала в Нижний Новгород. По крайней мере, никаких публичных заявлений со стороны должностных лиц НООПИК, посвященных наиболее вопиющим примерам нарушения федерального законодательства в сфере ОКН (к примеру, снос "дома Чеботарева" по ул.Горького, 107/33) не наблюдалось. Более того, нынешний председатель президиума местного филиала ВООПИК, профессор кафедры ЮНЕСКО ННГАСУ, г-жа Рыжова Т.С., более известна своими властелюбивыми высказываниями, и её позиция почти всегда коррелирует с курсом областной администрации. Желающие могут, для пущей ясности, ознакомиться со стенограммой заседания Научно-методического совета Управления государственной охраны объектов культурного наследия Нижегородской области (УГО ОКН НО), состоявшегося 13.03.2013 г., посвящённого скандальному размещению т.н. "олимпийских часов" на территории ОКН, сквера на пл.Горького. Будучи изначально не согласованным с УГО, данный "шедевр малых архитектурных форм" оказался на центральной оси сквера и нарушил нормы федерального законодательства, но г-жа Рыжова, признавая " ... что здесь архитектура еще та, и то, что по оси – действительно не здорово ..." , тем не менее не видит в этом факте ничего крамольного. "Но, вот, формально, выполнили указание Президента. Есть указание разместить в семи городах – оно выполнено. С точки зрения выбора места, площадь Горького, географически… Не в Седьмом же микрорайоне надо было ставить? Понятно, что здесь." Подобные сервильные реплики в устах дамы, обязанной, по занимаемой должности, осуществлять общественный надзор за выполнением законности в сфере ОКН, звучат как минимум странно. Обратным образом, неподдельный энтузиазм Татьяны Сергеевны вызвал проект аквапарка в Автозаводском ПКиО, усиленно проталкиваемый к реализации на уровне губернатора: "Нельзя безмерно ужесточать требования к охране парков как объектов культурного наследия, сведя эту задачу к тому, чтобы ничего не менять и не трогать. ... Уверена, что строительство аквапарка весьма актуально для Нижнего Новгорода ...". Для завершения умилённой картинки благодати, можно заглянуть в другое интервью, выдержанное в столь же позитивном ключе: "Мне странно слышать, что якобы в Нижнем Новгороде почти не осталось памятников архитектуры – это далеко не так. ... даже в кризисные годы финансирование реставрационных работ в Нижегородской области не прекратилось. Думаю, это было непростое политическое решение для Валерия Шанцева ...".

Разумеется, после прочтения таких верноподданных высказываний функционера НООПИК, сложно было бы ожидать, что в дальнейшем линия поведения тт.лоялистов претерпит сколь-нибудь значительные изменения. Навязанный извне образ областного начальства и лично губернатора как единственного радетеля и спасителя нижегородской исторической среды дённо и нощно втирается в голову со страниц рупоров официальной пропаганды ... и уже мало кто помнит, что самодеятельное градозащитное движение в Горьком начиналось еще до перестройки, в далёком 1984 году, когда по призыву журналиста Валентины Бузмаковой и газеты "Ленинская смена" был проведен субботник учащихся ПТУ в соборе Александра Невского. Так что неравнодушные нижегородцы, традиционно расшибая лбы, будут продолжать мотаться по судам, стоять как и встарь в пикетах, и противостоять совместному натиску застройщиков с их верховными покровителями, а "официальная охрана памятников" будет славить солнцеликого властителя губернии с трогательно знакомым, навязшим в зубах рефреном: "А в остальном, прекрасная маркиза, всё хорошо, всё хорошо!". Это нормально(С), привыкли уже.

Намного большие опасения вызывают последние вести с полей невидимаго фронта: по неофициальной информации, в ближайшее время будет предпринята попытка масштабной реанимации НООПИК под кураторством обл. администрации и подведомственного ей УГО ОКН. Преподаватели нижегородской архитектурной академии (а весь нонешний НООПИК и состоит из сотрудников сего вуза) настоятельно предлагают свои студентам и молодым коллегам вступать в реновируемую контору. По всей видимости, предполагается, что юная поросль архитектурного цеха, объединившись в официозную псевдоохранную структуру, будет конкурировать на публичном поле со "СпасГрадом" и другими общественными организациями: "Это мы - патентованная градозащита! У нас и бумажка есть, во!". В принципе, задумка создания "самозванцев" имеет некоторые шансы на успех. Даже поверхностное знакомство с печатным и устным творчеством представителей нижегороцкого архитектурного цеха поражает стороннего наблюдателя градусом византийской лести: "Постоянная установка губернатора: а что позитивного даст утверждение данного проекта для развития города и области? ... в последние годы выполнены грандиозные градостроительные преобразования ... Эти изменения украсили облик региона и облегчили жизнь нижегородцев. Задачи сформулированы не менее грандиозные. ... Так что в будущее можно смотреть с оптимизмом" - в таких бравурных выражениях славит родную партию губернатора один из здешних арх-светочей, г-н Александр Худин. Подает, так сказать, недвусмысленный сигнал мОлодежи: "будете такими же покладистыми, и вам заказов подкинут, вроде Дома правительства в Кремле". Правда, пресловутый "дом правительства Нижегородской области" возводится непосредственно на территории ОКН федерального значения, с нарушением норм закона 73-ФЗ, но такие мелочи никого не волнуют, не правда ли?

Безусловно, чем больше организаций и объединений граждан будет обращать свое внимание на плачевное состояние памятников архитектуры, и шире, на соблюдение законодательства об охране культурного и исторического наследия - тем лучше. "Пусть расцветают сто цветов, пусть соперничают сто школ", как говаривал тов. Мао Цзедун. Другое дело, когда обществу подсовывают невнятные эрзацы, псевдоактивистов, "официальных" градозащитников со справкой, самонадеянно полагая электорат безмозглым стадом, неспособным отличить Бабеля от Бебеля, а Гегеля от Гоголя. И подобно тому как штандартенфюрера Исаева/Штирлица из известного анекдота, выдавал парашют, волочащийся за разведчиком по коридорам рейхсканцелярии, так и альтернативный НООПИК, набранный по "призыву", будет легко вычисляться по дружным крикам "Одобрямс!", раздающимся из зала его заседаний. И это было бы смешно, когда бы не было так грустно, господа.


  • 1
Однако же реновация НООПИК предполагает отстранениие приевшейся всем Рыжовой - дамы, поведение которой вызывает лишь горькую улыбку. Так что я за реновацию) Неизвестно, правда, на какое шило это мыло сменят)

"Однако же реновация НООПИК предполагает отстранение приевшейся всем Рыжовой ..."

Совсем не факт. Более того, вызывает подозрение, что альтернативный НООПИК вербуется именно в ННГАСУ ... Что в союзном ВООПИК эпохи его расцвета, что в современном градозащитном движении собственно профессиональные архитекторы составляли незначительную прослойку. Потому что, как правило, архитектор крайне зависим от заказчика, и его объективность в вопросах сохранения исторической застройки оставляет желать лучшего. Ни Лихачев, ни Барановский, ни Ямщиков, ни Чивилихин не принадлежали к этому профессиональному цеху. Вспомним реплики г-жи Рыжовой при сносе дома №98 по Б.Покровской (когда полетели "первые ласточки" тренда): "Деревянная застройка себя изжила ...".


Когда в феврале 2011 года я написал статью о "том самом" постановлении-78, (https://r.mail.yandex.net/url/i_tUNjjjeBTxUUtepiTOjw,1370334179/novayagazeta-nn.ru%2F2011%2F181%2Fbez%2Dzaschity%2Ehtml), отослал ее для комментария в УГООКН. Первой мне позвонила... Рыжова. Она буквально рвала и метала! Как это убогий борзописец, охваченный "юношеским максимализмом", смеет разбираться в ситуации и задевать компетентных ЛИЦ? Профессионалов Управления, которые якобы как раз и имеют моральное право решать, какие объекты снять с охраны, а какие нет...

ВООПИК-у 50 лет!

Пользователь rvg1415 сослался на вашу запись в своей записи «ВООПИК-у 50 лет!» в контексте: [...] quo;: Фрагмент с хором монастыря: Вот ещё старый пост с некоторой историей создания общества. [...]

ВООПИК-у 50 лет!

Пользователь rvg1415 сослался на вашу запись в своей записи «ВООПИК-у 50 лет!» в контексте: [...] quo;: Фрагмент с хором монастыря: Вот ещё старый пост с некоторой историей создания общества. [...]

ВООПИК-у 50 лет!

Пользователь rvg1415 сослался на вашу запись в своей записи «ВООПИК-у 50 лет!» в контексте: [...] quo;: Фрагмент с хором монастыря: Вот ещё старый пост с некоторой историей создания общества. [...]

ВООПИК-у 50 лет!

Пользователь rvg1415 сослался на вашу запись в своей записи «ВООПИК-у 50 лет!» в контексте: [...] quo;: Фрагмент с хором монастыря: Вот ещё старый пост с некоторой историей создания общества. [...]

ВООПИК-у 50 лет!

Пользователь rvg1415 сослался на вашу запись в своей записи «ВООПИК-у 50 лет!» в контексте: [...] quo;: Фрагмент с хором монастыря: Вот ещё старый пост с некоторой историей создания общества. [...]

  • 1
?

Log in

No account? Create an account