June 10th, 2016

Breviarissimus

О клюкве: орловский Алжир

Париж 20-ых гг. ХХ века был обуян модой на русское, благо носителей культуры и языка понаехало во Францию в достатке. Открываю забавные подробности попыток перенесения отечественной классики на зарубежные театральные подмостки. Ладно бы Чехов - драматург сугубо интернациональный, так ведь "Ревизора" гоголевского в "Comedie Des Champs-Elysees" взяли. Вещь очень специфическая, труднейшая для актёров и зрителей, неискушённых в российских реалиях начала-середины XIX столетия. Н.Чебышев в своей рецензии (см. "Возрождение", Париж, № 696 от 29 апреля 1927 г.) на спектакль заметил, что "Ревизора" ставили в столице лишь однажды, "лет 30 тому назад" (т.е. получается около 1897 г.) в "Новом" театре на рю Бланш, и более даже не пытались. Русскому критику спектакль в целом понравился, но деталюшки, связанные с экзотиque рюсс показались эмигранту ... кхм, несколько вульгарными. Куды же рюсски мюжик без водки, по мнению рядового, да и не только, француза? Стереотипы-ссс.


"Наш русский репертуар тем и труден иностранцу, что ему нужно раньше что-то разгадать. Когда Тургенев расказывал своим друзьям, французским литераторам, про своё имение в Орловской губернии, то они себе представляли Алжир. Еще труднее постичь характеры и внешние повадки... Пример налицо. Рецензент французской театральной газеты, не первый встречный, а как-никак критик театрального издания, принял очень хорошо загримированных и одетых купцов, являющихся к Хлестакову, за евреев! ... Тем более славы для актёров "Комеди де шан з-Элизе", что они осилили этот труднейший барьер в усвоении типов. Обстановка выдержана прекрасно. Без несообразностей, однако, всё-таки не обошлось. Ну, что тут поделаешь! ... Французам кажется, что без водки никакая значительная русская беседа обойтись не может. Чиновники на экстренном совещании у городничего, в 1 действии, пьют голую водку. Пьют водку и городничий и Хлестаков (после обеда!...) в знаменитой сцене 3 действия, пьют вдвоём, точно в шахматы играют, а собравшееся общество на них смотрит."


Вестимо, разогревшись в обед, чиновник николаевской эпохи начинал уже бухать по-серьёзному. Прям в присутственном месте. Под кавиар осетровых, с рЁдерером на запивку.
Breviarissimus

О мироточивых бандеровцах

Вспоминает переводчик с украинского, Н.Я.Дорожкин - кандидат технических наук, член Российского национального объединения историков естествознания и техники, член Союза писателей России.

"... осенью 1984 года, я ездил на Западную Украину с целью найти место захоронения отца. Остановился в Тернополе, у родителей коллеги по работе Алима Ивановича Войцеховского. Отец его, ветеран войны, в том числе партизанской, предупредил: "В деревнях на ночь не оставайся – места здесь бандеровские!" – "Что, еще и сейчас?" – "И сейчас…" Именно в тех местах, разговаривая с одной не очень пожилой дамой, на вопрос о злодеяниях бандеровцев я услышал: "Да яких воны людей вбивалы? Тильки жидив да москалив!" Открытым текстом, глядя в глаза москалю…"


Бандерня затихарилась при соввласти, но и только. Теперь маски сброшены, "наши украинские партнёры" показывают себя urbi et orbi во всей красе. Под аплодисменты Запада скачут в приступе хронического гопака, любовно лелея память о временах, когда "жидив да москалив" можно было резать невозбранно, без оглядки на сухаревскую конвенцию Евросоюз. Милейшие люди, когда от крови отмоются.