September 26th, 2016

Breviarissimus

О наказании отступника

Анатолий Вассерман вкушает плоды известности: "... некий человек примерно моего возраста или несколько старше, но раза в полтора–два полегче меня, подошёл ко мне, когда я в очередной раз стоял фоном для чьей-то фотографии, с милой улыбкой сказал мне на ухо "Вы позор еврейского народа и подлец" и ушёл."

Ранее, во времена васьсиясей аристократу, проштрафившемуся в чём-либо перед светом, совершившим предосудительный поступок, поступившимся честью, отказывали от дома. Теперь еврея-государственника рукопожатцы (хуцпенно заменяющие нам светское общество) исключают из еврейства. О времена, о нравы!

Breviarissimus

О пиеске Демьяна Бедного

В 1932 г. тов. Придворов (Бедный) круто пересолил с антирелигиозной пропагандой, выпустив из-под пера редкостной мерзости пасквиль "Как 14-ая дивизия в рай шла". Для желающих с оригиналом этого, кхм, "произведения" можно ознакомиться здесь, но меня заинтересовал следующий момент. Поначалу, встретив в среде московских театралов и литераторов явное сопротивление своей агитке (феерической пошлятиной от текста разит с первых же строк), шустрый пролетарий Демьян взялся апеллировать к верховному судие. 16 апреля 1932 г. он пишет Сталину:


Глубокоув[ажаемый] Иос[иф] Виссарионович.

При создавшихся - совершенно катастрофических для меня - обстоятельствах мне не остается другого выхода, как обращения к Вам. Прошу я немногого: организации в Мюзик-Холле ЗАКРЫТОГО показа моей "Дивизии", на котором могли бы присутствовать и Вы. Дело идет вовсе не о пустяке. Гениальный анекдот давно влек меня к себе и послужил темой для брошюры. Теперь он мною инсценирован. ... Народное зрелище есть народное зрелище. Ему присуща некоторая грубоватость - чисто внешняя, ядреность, сочность. На сцене не припудренные развратные маркизы, а здоровые деревенские девки. Нет зализанной пошлости, есть здоровая откровенность живой непосредственности. Зритель первых рядов, который брезгливо подожмет губы, должен проверить себя: не говорит ли в нем остаток наследственного или нажитого БАРСТВА, сомнительного эстетства и трусости. Спектакль должен быть проверен прежде всего на рабочем зрителе. Но до этого зрителя пьеса дойдет уже будучи обкорнанной, зализанной, изуродованной. Мною и Кавериным принимаются во внимание многие дельные указания, но не все. Есть сцены (напр., полицейского архангела с девушкой), удаление которых для нас непереносимо. Мы просим строгого и окончательного просмотра пьесы, которая - на что у нас имеются данные - будет иметь успех именно у того нерафинированного зрителя, для которого мы создавали и оформляли пьесу, и будет первым шагом к созданию театра народных зрелищ, театра феерии, мелодрам, патетических представлений, балаганных площадок, словом, всех тех форм, которые наиболее доходчивы к массовому зрителю. Как агитатор, я видел перед собою новое широкое поле, новые способы воздействия зрительно-агитационного. Новизна и смелость моего первого "художественного балагана", вызвав восторги одних, приводит в раздражение других. Орудуют активно - последние. Вокруг пьесы образуется нездоровая атмосфера. Я уже видел 180-градусные повороты в оценке: "великолепно, но, знаете..." И - оглядка. Не будет ли какой установки. Пока явная установка - на свистопляску. По инерции. Я, еле державшийся от работы и треволнения на ногах, вчера свалился. Ушел из театра, махнув рукой на все. Спектакль отложен снова на несколько дней. По городу ползут слухи. Убийство пьесы - в связи с рядом других тяжелых обстоятельств - приобретает для меня значение полнейшей творческой катастрофы в момент, когда я весь ушел в работу по созданию оперы к 15-летию окт[ября], и пантомимы об электрофикации Волги. Масса планов. И все это рушится.
Вы видите, что мне ничего не оставалось, как писать это письмо. Придите, посмотрите и судите.

Д. Бедный (источник)


На просмотр вождь народов и лучший друг драматургов так и не пошёл, видимо преисполнившись подозрений на предмет "ядрёности" и "сочности" шедевра. Вместо себя Сталин посылает от Политбюро в Мюзик-холл представительную комиссию в лице в составе тт. Ворошилова, Шмидта, Бубнова и Смирнова. 19 апреля 1932 г.(т.е. через 3 дня после написания Демьяном своей мольбы), госкомиссия просматривает спектакль и резюмирует: "По поручению ЦК мы просмотрели сегодня в театре "Мюзик-Холл" пьесу Демьяна Бедного "Как 14-я дивизия в рай шла". Пьеса наполнена острым антирелигиозным содержанием, смотрится легко и с большим интересом, вызывает массу здорового смеха. Ничего предосудительного пьеса не содержит." (источник). Примечательно, что основным лоббистом "14-ой дивизии" выступил К.Ворошилов, один из близких друзей Д.Бедного, а вот ценитель классического театра А.Енукидзе был шокирован фарсом, о чём даже оставил в протоколе заседания комиссии особое мнение - но подчинился мнению большинства товарищей. Как бы то ни было, пьеса успешно вышла к зрителю и тут же, по горячим следам была напечатана в "Новом мире", благодаря чему получила широкую скандальную известность.

Проживающие на заокраинном западе русские эмигранты, следившие за новинками советской литературы также обратили внимание на уникальный опус тов.Придворова. В частности, разгромную рецензию в парижском Возрождении" (№ 2557 от 02 июня 1932 г.) опубликовал "Гулливер" - выступавшие с обзорными статьями (под коллективным псевдонимом) Нина Берберова и Владислав Ходасевич.

Collapse )