Breviarissimus (breviarissimus) wrote,
Breviarissimus
breviarissimus

Category:
  • Music:

О народном просвещении в СССР нач. 20-ых гг.: взгляд эмигранта

Пришедшие к власти в 1917 году, большевики рассматривали школу и учительский корпус как инструменты создания нового социального строя, уделяя этой отрасли огромное внимание. Началось преобразование существовавшей в РИ системы образования. В феврале 1918 г. был принят декрет "О свободе совести, церковных и религиозных обществах", отделивший школу от церкви, а уже в июле появился документ "Об организации дела народного образования в РСФСР", определивший принципы организации народного образования. В соответствии с ним все обр. учреждения стали государственными и передавались в Наркомпрос, отменялись все (национальные, сословные, религиозные) ограничения в доступе к обучению, прежние структуры школьного управления были распущены, частные учебные заведения прекратили существование, древние языки выкинули из школьных программ. Важным ходом, способствовавшим облегчению всеобщего доступа к образованию, стал декрет "О введении новой орфографии" (окт. 1918 г.), упростивший нормы правописания.

Технически новая структура образования была сформулирована в "Положении о единой трудовой школе" и "Декларации о единой трудовой школе". Введена была единую систему бесплатного совместного обучения с двумя ступенями образования: 5 лет обучения в школе первой ступени, 4 года в школе второй ступени. При этом большевики отменили экзамены, наказания и поощрения, как тяжкое наследие царского режима, предполагалась выборность учителей. Осознавая критическую необходимость в ликвидации неграмотности, в 1920-25 гг. новая власть начала массовое обязательное обучение грамоте взрослых, а также подростков школьного возраста, не охваченных школой. Ликвидация неграмотности разворачивалась в первые годы после Гражданской войны и иностранной военной интервенции.В частности, каждый населенный пункт с числом неграмотных свыше 15 чел. должен был иметь школу грамоты ("ликпункт"), с сроками обучения первоначальным навыкам чтения, письма и арифметики в 3-4 месяца. Всего к 1920 г. удалось обучить грамоте 3 млн человек. В 1919 г. возник особый тип средней школы – рабочий факультет, который первоначально решал задачи повышения технической квалификации рабочих. К этому времени наиболее остро стоял вопрос о развитии школы II ступени на основе соединения обучения с производительным трудом, на которую и был сделан упор.

В целом, за 1920-ые гг. Наркомпрос вволю наэкспериментировался с несколькими системами и типами учебных заведений: 9-летняя общеобразов. школа (4+5 или 5+4), 7-летка школа с уклонами (профкон-центрами), 9-летняя фабрично-заводская школа. Однако в целом существенного повышения эффективности обучения в этот период не произошло. По факту, говорить о всеобщем начальном образовании стало возможным только после 1930 г., когда, наконец, была ликвидирована массовая беспризорщина. Собственно же классическая советская система образования, к которой мы все привыкли, сформировалась уже в 30-ые гг., когда произошел решительный возврат к урочной системе с выставлением оценок, а также был ликвидирован крен в сторону профтехобучения и реабилитированы гуманитарные дисциплины.

Естественно, что белая эмиграция, живо интересовавшаяся жизнью Страны Советов, не могла оставить без внимания и новации большевиков в области педагогики. В этой связи чрезвычайно любопытной представляется оценка, данная вновь народившейся советской школе, известным в России специалистом в области народного образования Е.П.Ковалевским* на Российском зарубежном съезде - глобальном собрании русской эмиграции, состоявшемся в Париже в отеле "Мажестик" с 4 апреля по 11 апреля 1926 года. На нём присутствовали 400 представителей русских диаспор из 26 стран, а инициативная группа по объединению русских общественных организаций во главе с П Б.Струве готовила его с 1923 года.

Остро-критические тезисы Ковалевского, прочитанные им в 3-ий день работы Съезда, носили тенденциозное название "Русская школа под игом большевиков" и были опубликованы в газете "Возрождение", № 309 от 7 апреля 1926 г. Преобразования коммунистов названы им "сатанинскими", при чтении отчетливо возникает перед глазами картина полного армагеддона: предвзятость г-на быв. депутата Государственной Думы зашкаливает. В принципе, субъективизм г-на Ковалевского объясним и понятен: одно уже "обезбоживание" школы вводило сторонника "классического образования" a'la Кассо в ступор, отмена преподавания др.-греч. и латыни выглядела крахом "устоев", а грандиозные усилия Советов по борьбе с неграмотностью просто не замечались, словно несуществующие. Потому что в противном случае, нужно было признать далеко не блестящую ситуацию с грамотностью низших сословий в РИ и высечь себя, подобно унтер-офицерской вдове.

Меня же более интересует "позитивная" часть программы Ковалевского, в которой говорится о плане, если можно так выразиться, рекоммунизации школы в "освобождённой России" - в 1926 г. в русской эмиграции ещё витал дух иллюзий, позволявший беженцам надеяться на скорый крах сов.власти. Абсолютно беспомощная и ретроградская мечта о том, как поворотить колесо истории вспять на отдельно взятом участке культурного фронта: вернуть закон Божий в школу, восстановить орфографию с ятями и ерами, укреплять патриотизм и напирать на нравственность. Ничего вам не напоминает, господа? Рецепты благолепия от нынешних охранителей лежат примерно в таком же русле, что не решает проблем собственно образовательного процесса, но добавляет геморроя педагогам и повышает градус раздражения в обществе. Ничто не ново под Луной.

В заключение ремарки предваряющей чтение самого документа, справедливости ради добавлю, что последний раздел доклада Е.П.Ковалевского ("Школа зарубежом") содержит весьма ценные советы по сохранению русской идентичности молодого поколения в условиях эмигрантского рассеяния. В принципе, русские зарубежные учебные заведения 20-30-ых гг., объективно развивавшиеся в соответствии с рекомендациями автора, дали прочный заряд "русскости" 2-ому поколению эмиграции, позволив сформировать полноценных граждан тех стран, где выросли дети беженцев. При всей региональной специфике и культурном бэкграунде страны проживания, они оставались патриотами традиционалистской, утерянной России, возвращение в которую было них них мечтой, и которой в реальности уже не существовало.


Русская школа под игом большевиков

Тезисы доклада Е.П.Ковалевского

Русская школа перед революцией

К началу войны Российская Империя обладала громадным, правильно оборудованным для низшего, среднего и высшего, а также специального образования и всеми необходимыми научными учреждениями. Организация народного просвещения, в связи с правильно разработанным финансовым планом, обеспечивали количественное и качественное развитие учебных заведений и правильное воспитание молодого поколения.

Школа под игом большевиков

Война почти не нарушила актива просветительного дела в России. Здания остались целы, оборудование почти не пострадало, профессора высших учебных заведений, учителя средних школ и учительницы низших, в войне не участвовали. а после революции учащие всех степеней, не имея возможности выехать за границу, остались в распоряжении новой власти.

В руки большевиков поступили не только вся организация и средства народного образования и контингент подготовленных преподавателей, но сверх того, отнятые от владельцев многочисленные дворцы, дома, усадьбы, заводы, мастерские, издательства, типографии и книжные склады, что давало им полную материальную возможность, поднять, если бы они захотели, учебное дело на необычайную высоту.

На деле произошло обратное. На бумаге в первые годы властвования большевиков намечаются широкие планы и даются обещания необыкновенно быстрого умножения числа учебных заведений и преобразования их по самым модным теориям педагогики: "трудовая школа", "комплектные" методы обучения, "Дальтон план"**, "система рефератов" и т.д.

Изобретаются "фронты" для борьбы с безграмотностью, "недели пролетарской культуры"; назначаются близкие сроки для достижения "всеобуча", чуть ли не во всех губернских городах открываются "Университеты", и другая статистика кричит о всякого рода "ударных достижениях".

Старая система разрушена, новая не осуществлена, церковь поставлена вне закона, земства и городские управления упразднены, центральная власть, всесильная для разрушения, бессильна на творчество. Школы закрываются, здания разваливаются, учителя бегут или голодают, учащиеся отказываются идти в школу или сидят в ней, не получая знаний, без учебников, без книг.

Учебные заведения, уцелевшие в Совдепии, после краха 1922-1923 годов, делятся на две неравные группы: в столицах и областных городах устраивается несколько показательных (декоративных) учреждений, которые обставляются надлежащим образом, на них не жалеют денег и они служат для демонстрации знатным иностранцам забот советской власти о подрастающем поколении: школы, приюты, "избы-читальни", детские колонии, рабочие клубы с библиотеками и т.д.

За пределами иностранной досягаемости в остальной России прозябают пониженные, искаженные, бедные, недостаточные числом, учебные заведения разных типов и степеней.

В частности, в области начального образования вместо бесплатной школы и платного учителя, мы видим школу платную, а учителя не получающего содержания; вместо нормальной средней школы неопределённую школу второй ступени, вместо Университета - рабфак.

Не в материальной бедности или технических недочётах учебного плана или методов преподавания лежит корень ужасного зла, а в том, что школа является орудием в руках большевицкой власти для политических и социальных экспериментов над русскими детьми и юношеством. Экспериментов, имеющих последствием моральное и физическое развращение детей. Рядом разнообразных и систематически осуществляемых мер, школа, являясь очагом для партийной коммунистической обработки детей, становится, по меткому выражению г.Обера, питательной средой для культуры бацилл безнравственности.

Главнейшими из мер, входящих в этот сатанинский план, являются:

а) Исключение из школы преподавания Закона Божия, запрещение молитвы и икон (декрет 19-ХI-18 г.), изгнание священников из Педагогических Советов учебных заведений, а потом борьба с преподаванием Закона Божия и вне школы, преследование уроков в церкви, в квартире священника и на дому (1923 г.), запрещение носить нательный крест. После краткого периода религиозной нейтральности, выступление воинствующего атеизма. Он выдвигается сначала в виде отвлеченной теории, а затем, быстро превращается в наглое, кричащее богоборчество. Издевательство и кощунство имеет целью совершенно вытравить из души ребёнка религиозное чувство и лишить его всякой нравственной опоры даваемой верой. (См. циркуляр 15-VI 1921 г.).
б) Как непосредственное следствие антирелигиозной пропаганды - пропаганда антиморальная - борьба с авторитетом семьи и общества, разрушение понятий "греха" и "стыда", внедрение в школьный обиход "шпионажа и доноса".
в) Проведение через все учебные предметы идеи классовой борьбы и освещение учебного материала, даваемого учащимся, под этим углом зрения. Противоположение христианским понятиям любви и прощения коммунистического чувства вражды и ненависти. "Ненависть" становится центральным стержнем в деле "формирования коммуниста".
г) Наконец, преждевременное пробуждение в детях полового инстинкта и их дальнейшее развращение, постоянным возвращением к половым вопросам (анкета 1922 г.), имеющее последствием не только моральное, но и физическое разложение подрастающего поколения.

Не довольствуясь школой, большевизм продолжил свою разрушительную работу, проводимую в международном масштабе при помощи двух новых орудий - кружков пионеров и комсомольцев. Это орудие пущено в ход в 1919 году и оформилось в ноябре 1921 года и за истекшие пять лет комсомольство приняло угрожающие размеры, соединяя в себе всё, что указано в предыдущем пункте, но с большей еще интенсивностью и той разницей, что обыкновенный ученик есть лишь объект воздействия красного учителя или пропагандиста, а пионер и комсомолец мыслится, как активный участник, действующий не только за страх, а и по личной инициативе.

Школа в освобожденной России

С падением большевицкой власти перед будущими деятелями встанут сложнейшие задачи. Как остановить дальнейший развал школы? Какое противоядие нужно, чтобы спасти молодое поколение от коммунистической отравы? Возникнет ряд вопросов, связанных:

а) с постановкой учебного дела,
б) религиозно-нравственным воспитанием,
в) борьбой с отрицательными понятиями и навыками, усвоенными в советской школе,
г) восстановление и укрепление идеи патриотизма и усвоение не только умом, но и сердцем великих заветов русского прошлого,
д) противоположение безликому интернационалу живых и деятельных национальных задач.

В частности, в первую очередь встанут вопросы:

а) о возможности восстановления старой русской школы и в каких пределах;
б) о мерах переходного периода - преобладание системы внешкольного образования для получения максимума знаний при минимуме времени;
г) в области воспитательной не только восстановление Закона Божия, как учебного предмета, но проведение религиозно-нравственных начал на всех ступенях образования;
д) временное устранение детей из развратившейся среды и помещение их в закрытые учебные заведения (английская система) и ряд других мер, которые будут подсказаны жизнью.

Спасение школы должно сопровождаться восстановлением с первых же шагов русского языка и устранением из него всех безобразных искажений и наслоений, которым он подвергся во время большевиков.

Борьба за школу и достижение реальных результатов в деле морального оздоровления молодого поколения возможны только при условии искреннего и тесного сотрудничества Государства, Церкви, Семьи, Общества и частной инициативы.

В нашей подъяремной Родине, несмотря на общую атмосферу политического сыска и отсутствия минимальной духовной свободы, вопреки большевицкой власти, идёт борьба за добрые традиции русской школы.

Случайно сохранившееся старые педагоги и лучшие из молодых, понявших ложь и вред коммунистической системы, добросовестно с упорством и верой в свою правоту, прилагают старания к сохранению обломков старой школы и отдают свои силы на разработку педагогических вопросов, выдвигаемых жизнью. Их труд имеет не малую ценность для будущего русского просвещения.

Школа за рубежом

Задачи, выдвигаемые жизнью на чужбине также очень сложны и разнообразны. Они требуют к себе самого напряжённого внимания и настойчивых, систематических усилий всех беженцев. Нужно суметь дать детям максимум знаний, полезных на период пребывания их заграницей, таких, которые понадобятся по возвращении в освобождённую Россию и в то же время сохранить их национальное лицо.

Для этой цели надо:

а) стараться давать русским детям общее образование в местных, туземных или русских учебных заведениях, дополняя их образование в первом случае изучением русских предметов (русский язык, литература, история, география);
б) полезно, кроме того, дополнительное изучение каждым беженцем на краткосрочных курсах или в мастерских какой-нибудь профессии или ремесла;
в) организации в тех случаях, когда не могут быть устроены постоянные русские отделения - периодических приездов преподавателей русских предметов (временные пункты);
г) меры для религиозно-нравственного воспитания детей;
д) широкая борьба с денационализацией детей, бывших в России, но начинающих забывать русский язык и Родину и воспитание в национальном духе детей, родившихся за рубежом;
е) устройство союзов матерей, дней русской радости и скорби, распространения русской книги. Ознакомление с русскими искусствами (музыка, живопись, архитектура) и вообще русской культурой. Поддержание обычаев для сохранения русского быта.



Прим. breviarissimus :

* - Ковалевский Евграф Петрович (1865-1941) Специалист по народному образованию, посвятивший себя изучению его в России и за границей и осуществлению всеобщего обучения. Ездил в Западную Европу и в Америку для участия в международных съездах и в организации педагогических выставок. Автор законопроекта о школьном образовании в РИ. В 1896 г. организовал научно-учебный отдел на Нижегородской выставке, по его инициативе был устроен даровой и удешевленный проезд учащих и учащихся на выставку. Депутат III и IV Государственной Думу от Воронежской губернии. С 1919 г. в эмиграции во Франции. Преподавал в Свято-Сергиевском православном богословском институте в Париже латынь, франц. и нем. языки.

** Дальтон-план (Dalton-Plan), система организации учебно-воспитательной работы в школе на основе индивидуального обучения. Получила название от г.Долтон (США), где впервые была применена. Создана учительницей Е.Паркхерст в 1904-20 гг. Учащиеся по жанной системе получают свободу как в выборе занятий, так и в использовании своего учебного времени. Ученик получал от учителя-советчика лишь указания, как ему лучше спланировать свою работу на данный день, а затем работал самостоятельно. Учёт работы учащихся осуществлялся при помощи системы карточек. Роль учителя при этом сводилась к консультированию, что вело к ненужности классно-урочной системы занятий. В 20-е гг. Дальтон-планы частично были заимствованы в сов. школе в виде "бригадно-лабораторного метода".

Tags: Кусочек культурки, Кусочек науки, Эмиграция
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 5 comments