?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry Share Next Entry
О безвестном главном конструкторе
Breviarissimus
breviarissimus

Будучи военным моряком по роду военно-учетной специальности, нижегородцем, и более того, проживая вблизи завода "Красное Сормово", мне всегда была интересна история сормовского кораблестроения. Разумеется, имя Ростислава Алексеева затмевает всех генеральных конструкторов, когда-либо трудившихся на здешних Волго-Окских берегах. К тому же, с недавних пор его имя вытащено из забвения, и вялотекущий интерес к экранопланам временами просыпается в нашем обморочном министерстве обороны и мебелестроения... правда, с нулевым эффектом, но память о создателе "Каспийского монстра"хотя бы жива. Но вот история строительства субмарин на "Красном Сормове" интересна разве что местным краеведам, чьи труды выходят крохотными тиражами и падают в лету районных библиотек. В особенности, это касается персоналий главных конструкторов, обреченных и в посмертии на худший вариант судьбы С.П.Королева. Об отце советских баллистических ракет мир узнал хотя бы после его кончины... а вот фамилия, к примеру, В.П.Воробьева говорит что-либо очень узкому кругу специалистов.

Итак. 9 мая 1964 года была заложена головная подводная лодка нового проекта "Скат". Она имела заводской № 701, а тактический - К-43. Под ними она и вошла в состав Краснознаменного Северного флота в ноябре 1967 года. Всего их было создано 11 штук, в НАТО их знали как "Charlie" или "убийца авианосцев". Вообще, задача сормовичей состояла в следующем: СССР остро нуждался в дешевой атомной подлодке, способной нейтрализовать авианесущий флот США. Практически все "Скаты" несли свою службу в Индийском океане и в Средиземном море, в составе 10-й дивизии 2-й флотилии подводных лодок. Вот что писал по их поводу вице-адмирал Ю.Сысуев: «Главной нашей задачей в Индийском океане было слежение за американскими авианосцами. Обычно в регионе присутствовал один авианосец, а второй появлялся в случае возникновения конфликтных ситуаций. Мы должны были следить за ними в постоянной готовности к нанесению ракетного удара в случае поступления команды боевого управления. Поэтому в Индийском океане была развернута и постоянно находилась наша оперативная эскадра. Главной ее задачей был поиск и слежение за американскими боевыми кораблями и их уничтожение в случае начала военных действий». Вообще, это был первый опыт создания АПЛ на Сормове, и в какой-то степени, такой заказ сормовичи получили вынуждено: заводы в Северодвинске и в Комсомольске-на-Амуре были загружены работой по "стратегам", а директиву Р.Я.Малиновского от 9 мая 1960 года на проектирование средней подводной лодки с атомной энергетической установкой и торпедно - ракетным вооружением (читай "анти-авианосца") кому-то всё равно надо было выполнять... Тогда и вспомнили о Сормовском КБ-112.

Твердотопливная ракета П-40 (4К-66) стартовой массой 2900 кг имела максимальную дальность стрельбы 80 км и скорость 1160 км/ч. Она была выполнена по нормальной аэродинамической схеме и имела складное крыло, автоматически раскрывающееся после старта. Полет проходил на относительно малой высоте (50-60 м), что затрудняло перехват ракеты средствами ПВО кораблей противника. Радиолокационная система самонаведения ПКР обеспечивала автоматический выбор наиболее крупной цепи в ордере (т.е. цели, имеющей наибольшую отражающую поверхность). В типовой боекомплект лодки входили две ракеты, оснащенные ядерными боеприпасами, а также шесть ракет с обычными БЧ массой порядка 1000 кг. Стрельба ПКР могла выполняться двумя четырехракетными залпами с глубины до 30 м при волнении моря до 5 баллов.

Создание в Горьком такой лодки повлекло немало вопросов: более тысячи километров от ближайшего моря, надо было удержать размеры и водоизмещение корабля в пределах, допускающих его транспортировку по внутренним водным путям. В результате, чтобы уложиться в проектные 2400 тонн, конструкторский коллектив В.П.Воробьёва сделал лодку с одновальной силовой установкой, и частично пожертвовал силовым корпусом, ограничив глубину погружения до 300 м.

"Аметисты" требовали подкрасться к авианосцу на 60-70 км, однако будучи запущены с этой "кинжальной" дистанции, они уже 100% попадали в цель: шансов у авианосца отбить атаку трансзвуковой раекты не существовало. На Средиземноморье и в Индийском океане лодки 670-го проекта были наиболее грозным оружием на данном театре. Их присутствие вызывало вполне обоснованную истерику американского командования, не имевшего в своем распоряжении сколько-нибудь надежных средств противодействия этой угрозе. Эффектной демонстрацией боевых возможностей ”Чарли” стали ракетные стрельбы по мишени, проведенные в Средиземном море в мае 1972 г, лодка К-313 (командир капитан 2 ранга С.Я.Згурский).

Добавлю, что именно лодка проекта "Скат" была выбрана Индией в качестве основы своего подводного атомного флота: 5 января 1988 г. К-43 (перед этим переименованная в УТС-550) подняла во Владивостоке индийский флаг и через несколько дней с советским экипажем отбыла в Индию. Для нового, самого мощного боевого корабля индийского флота, получившего название ”Чакра (Chakra)” и тактический номер S-71, были созданы самые благоприятные условия базирования: специальный пирс с 60-тонным краном, службы радиационной безопасности, крытый док-эллинг, мастерские. При стоянке на борт лодки подавалась вода, сжатый воздух и электроэнергия. ”Чакра” эксплуатировалась в Индии в течение трех лет, при этом приблизительно год проведя в автономных плаваниях. Все учебные ракетные стрельбы завершились прямым попаданием в цель. 5 января 1991 г. срок аренды лодки истек. Индия прилагала отчаянные усилия по дипломатической линии продлить лизинг и даже приобрести еще однотипную лодку. Однако Москва (а именно Горбачев, настойчиво уцеловывавший руководство США в задний проход) не согласилась на индийские предложения. ... ПЛАРК "Чакра" дала Индии все восемь ныне служащих её адмиралов. Опыт, полученный в ходе эксплуатации атомохода, позволил продолжить им работы по созданию собственной индийской АПЛ, ”S-2”.

Как видим, уже в 60-ые годы концепция подавляющего превосходства ВМС США в открытом море, достигаемого за счет авианесущих соединений была опрокинута СССР за счет средств, несоизмеримых по экономическим параметрам: на деньги, которые стоил "Форрестол", можно было построить 4 наших "Ската", лодка получилась весьма дешевой. И такая ситуация, в принципе, сохраняется и по сей день. Другое дело, что ныне я вижу повторение ситуации 50-ых гг.., когда руководство Генштаба под командованием маршала Соколовского (и при попустительстве бездарного Хрущёва) фактически запретило «морскую стратегию», – причем и как дисциплину, и даже как термин. Попытка создать военно-морскую науку в высоком смысле разбилась о демагогические заявления о необходимости единой военной науки и единой военной стратегии. К тому же моменту, когда стараниями адмирала Горшкова ко второй половине 1970-х военно-морская идея в СССР была воссоздана в прежнем величии и даже никогда прежде не виданном Россией блеске, судьба отвела Красной Империи уже слишком мало времени, чтобы насладиться преимуществами наличия Океанского флота.

***

Теперь о главном. Волею судеб мне довелось держать в руках подлинные реликвии, связанные с жизнь творца "Ската", Владимира Петровича Воробьева: его трудовую книжку, наградные листы, великолепный макет "670-го проекта", переданный рабочим завода в дар конструктору, орденские книжки. Более того, до сих пор жива вдова В.П., и представляется вероятным, что она готова будет пообщаться с теми, кому небезразлична память о тех, кто ковал щит ушедшей Империи. Мой близкий друг встречался с этой пожилой женщиной, много повидавшей на своем веку - и она готова предоставить материалы для исследователей. Вот только никому сейчас неинтересны такие персоны как создатель подводного щита Родины, лауреат Ленинской и Государственной премий. По крайней мере, официальные власти ограничились тем, что установили мемориальную доску на доме по ул.Фрунзе,23. И довольно, тема исчерпана, приказано забыть.