?

Log in

No account? Create an account

Entries by category: музыка

О новинках творчества М.Фармер
Breviarissimus
breviarissimus

Смотрю сейчас последний по времени концерт божественной Милен Фармер, "Timeless 2013". Честно говоря, после такого, аляповатые шоу наших киркоровых выглядят как утренник в коррекционном детском саду. Феноменально! Давно уже не получал такого эстетического удовольствия. Голос, пластика, декорации, костюмы от Готье, звук, спецэффекты практически на уровне "Матрицы". Браво, Милен! Специально скачал копию оригинального фильма (смонтирован по записям из концертов в Лионе, в зале "Halle Tony Garnier", 24-28.09.2013) с русскими субтитрами (спасибо безымянным товарищам) здесь, поскольку давненько хотел ознакомиться с переводом её песен. Разрешение видео так себе, конечно, но мне хватило. Впрочем, эстетствующие граждане могут залить себе фильм в варианте DVD-9, а субтитры для наложения взять по предыдущей ссылке - см. там в комментариях. Настоятельно рекомендую к просмотру. Незабываемое зрелище!

P.S. Размещаю трейлер концерта, для затравки.


О музыке памяти Р.Алексеева
Breviarissimus
breviarissimus

Размещаю здесь главную музыкальную тему ("Основатель") из фильма "Сожжёные крылья. Предать конструктора" (2007 г.), посвящённого трагической судьбе Р.Е.Алексеева. Композитор - Важа Бзикадзе.



О забытых прибалтийских певицах закатного Союза
Breviarissimus
breviarissimus

В отличие от прочих звёзд, звездулек и звездулеточек позднесоветской эстрады, у джазвумен Ольги Пирагс была не самая завидная медиасудьба. Голосище изумительный, из рук признанного короля маэстро Паулса песни получала, но вот не сложилось у неё романа с ЦТ СССР ... Злые языки поговаривают, что здесь не обошлось без участия "жеманноглотливой"(С) Аллы Борисовны П. Данная версия вполне может соответствовать реальности, учитывая на диво склочный и завистливо-взбалмошный склад характера примадонны. А потом, когда Империя развалилась с треском и клубами пыли, певица оказалась в незалежной Латвии, практически вне русского культурного пространства. Тем не менее, её джазовые концерты до сих пор случаются в самой неожиданной российской глубинке, и даже до Нижнего Новгорода Ольга иногда добирается.





Для утомлённых безголосой эстрадой эпохи недоразвитого капитализма - глоток чистого воздуха. Красиво, дамы и господа!

P.S. Случайно, совершенно случайно, покуда искал информацию о Пирагс, наткнулся на еще более загадочную певицу, состоявшую в "фаворитках" Р.Паулса. Блистательная Айя Кукуле, первая исполнительница песни "Миллион алых роз" (с другой текстовкой). Мелькнула на ЦТ всего одним выступлением: 31.12.1984, "Голубой огонек". Какова женщина, черт побери!


Об ушедших "ва-банк"
Breviarissimus
breviarissimus
Надолго ли, плохо это или хорошо – но случилось так, что к 2009 году от Р.Х. на территории Россиянии подросло поколение, для которых термин «Варшавский договор» не значит ровном счетом ничегошеньки. Словесная кракозябра из последней главы нескладного школьного учебника истории ХХ века. Кто о чём договорился? Какие-такие соцстраны, горошек «Глобус» и ревущие «чезеты»? Да и вообще, Чаушеску – это сорт пива, а Польша – это жупел русофобии, плюющийся ядовитой слюной, размахивающий распухшей Катынью под цветомузыку и поставляющий всей Европе справных сантехников. Слизали эпоху под ноль, будто бы и не было 40 лет сожительства. Посему нисколько не удивителен тот факт, что дата 20 ноября 2008 года прошла незамеченной ни нашими СМИ, ни рядовыми гражданами. До того ли было в преддверии кризиса: помёр какой-то польский актёришко, так и пёс с ним, «мало ли в Бразилии Педров?» (С).

В этот день, в возрасте 80 лет ушел из жизни выдающийся польский актер, режиссер и педагог, многолетний декан актерского отделения Государственной высшей киношколы в Лодзи Ян Махульский. Знаменитый взломщик Квинто из фильмов режиссера Юлиуша Махульского (его сына) «Ва-банк» и «Ва-банк-2. Ответный удар».

Для девственного поколения 2000-ых поясняю: в 70-ые и первой половине 80-ых гг. ХХ века польское кино было чрезвычайно высоко ценимо и популярно среди нашего неизбалованного зрителя. Польским режиссерам, в силу более либерального, по сравнению с СССР, политического режима, удавалось говорить о противоречиях социализма откровеннее, чем нашим кинематографистам. Как гласил известный анекдот тех лет, «в социалистическом лагере польский барак был самым беспокойным». Фильмы Анджея Вайды, Кшиштофа Занусси, Ежи Гоффмана, Кшиштофа Кесьлевского, Ежи Кавалеровича поднимали жёсткие социальные и нравственные проблемы, преподнося их с «перчинкой», отчего едва ли не каждый показ новой польской картины становился у нас событием.

Если же взглянуть на ситуацию шире, то польская культура вообще была для поколения моих родителей «глотком свободы», благо польский язык преподавался на гуманитарных факультетах ВУЗов, и большая часть истфиловских выпускников могла читать полоноязычную литературу и периодику – кто с пятого на десятое, а кто и почти свободно. По упущению цензоров из вездесущего и подслеповатого КГБ, вплоть до 1981 года, когда гданьский электрик Лех Валенса чуть не учудил в Польше контрреволюцию с католическим привкусом, в киосках «Союзпечати» можно было свободно купить с дюжину наименований польских журналов и газет… Они печатались на глянцевой бумаге, (в отличие от советских и даже болгарских журналов), а содержание было неприлично завлекательным: публиковались гороскопы, гадания, юмор капиталистических стран, дизайн, мода, интервью с западными музыкальными и телезвездами. На предпоследних страничках (журналы «Панорама» (Dziewczyna tygodnia), «Перспективы», «Виднокренги») часто размещались фото девиц топлесс! Еженедельник «Пшекруй» (Przekroj) публиковал сонники, рассказы типа «Вампир Парижа», филателистические очерки, рецепты и бесподобные юмористические афоризмы. Даже «Пшиязнь» (то бишь «дружба») – печатный орган Общества советско-польской дружбы, наиболее официозный – и потому наиболее доступный и широкотиражный, - и тот писал об СССР так, что советские граждане с трудом узнавали самих себя в этом блестящем и ярком зеркале: «Аквариум», еврейский театр в Вильнюсе, о московских хиппарях и т.п. Для подростков издавался журнал «Малы моделарж» - весь номер состоял из картонных разукрашенных выкроек-моделей самолетов, военных кораблей, парусников, танков и даже крепостей, при этом описания были на польском языке, но все равно все клеили! А польская контрверсия «Юного техника» - «Горизонты техники для детей», была не в пример интереснее, хотя и заметно тоньше (да и подписаться на неё было нельзя, в киосках «ловили»). И т.д., и т.п.

Лишь имея представление о такого рода подтексте, можно себе представить популярность и триумфальное шествие «Ва-банка» по отечественным экранам. История обаятельного музыканта и медвежатника Квинто, показательно наказывающего омерзительного банкира Крамера, полная плутовского юмора и чётко видимого восхищения предвоенным бытом 30-ых гг., имела оглушительный успех. Махульский-младший явно вдохновлялся гангстерскими сагами Голливуда, но никакой С.Леоне не смог бы рассказать криминальную байку с таким очаровательным юмором, выдерживая чувство эпохи и не карикатуризируя Польшу и поляков времён правления Пилсудского («от можа до можа», германофобство пополам завистью к Рейху, показательные секси-панночки и прочие прибамбасы ляшского горделивого самовыражения). Блистательный актерский ансамбль фильма не мог оставить равнодушным: Ева Шикульска (нестареющая любовь советских киноманов), знакомый нам ещё со времён «танкистов и собаки» Витольд Пыркош в роли «Датчанина», молодые бандюганы-оболтусы Яцек Хмельник и Кшиштоф Кершновский, да и Леонард Петрашак ювелирными штрихами набросал своего анти-героя Крамера не опереточным скрягой, но вполне узнаваемым типом дельца (много их ныне бродит по быв. Совдепии, а уж сколько лжебанков развелось по «ул.Кредитова, д.6» - и не сосчитать).

Разумеется, широкий зритель понятия не имел, что Ян Махульский, 1928 г.р. – серьезный драматический актёр и режиссер, в 1954 году окончивший Государственную высшую актёрскую школу в Лодзи, а в 1971 году - Государственную высшую театральною школу в Варшаве. До самой смерти он был деканом отделения актёрского мастерства в лодзьской киношколе. Первой же его крупной киноролью была работа в фильме В.Хаса по самому, пожалуй, известному произведению польской литературы XIX века – книге Яна Потоцкого «Рукопись найденная в Сарагосе». Тем не менее, габаритный и вальяжный Махульский-ст., ставивший со своими студентами самый что ни на есть классический репертуар, любил сниматься в комедиях – жаль, правда, что кроме своего собственного сына, никто не разглядел в нём комедийный дар. Причём дарование Махульского не было сродни отчаянному комикованию Фернанделя и забытой ныне предтечи м-ра Бина - Норману Уиздому (более известному как м-р Питкин)… Скорее, на экране властно царствовал Жан Габен, сменивший набережную Сены на предместья Варшавы, и ставший из сыщика жуликом – не утратив при сём своего благородства и стати. Убойное сочетание «чикагского» колорита вкупе со славянской самоиронией и харизмой Квинто дало на выходе неслыханный успех: 4 кинопремии в первый же год после выхода картины в прокат (1981 г.).

Любопытно, что при написании сценария Юлиуш Махульский опирался на некоторые подлинные факты из истории банковского дела. Прототипом Хенрика Квинто послужил Казимеж Чихоцкий по кличке «Шпицбрудка», знаменитый польский медвежатник 20-30-ых гг. ХХ века, частенько совершавший гастроли по Европе и немало «наследивший» на протяжении своей бурной биографии. Правда, в отличие от кинематографического персонажа, пан Чихоцкий практиковал подкопы под здания банков в качестве основного метода взлома и, притом, довольно удачно: ни одному следователю так и не удалось доказать его виновность ни по одному эпизоду. Однако же в деле воссоздания атмосферы 30-ых отец и сын Махульские превзошли самих себя: воссозданные мельчайшие детали обстановки, одежды, даже оружия («пану добавить револьвер?» - и в кадре мелькает револьвер «Наган», именно что польская реплика бельгийского «нагана», выпущенная на польском арсенале в г.Радом)… да самого стиля «псевдоимперской Польши» - которой оставалось жить менее 6 лет. Искрометный юмор с толикой чуть заметной горечи… но последнюю мы, рядовые советские киноманы, не замечали. Такого рода аллюзии были понятны только самим полякам, а мы всего лишь проживали полтора часа в чарующем мире незнакомой буржуазной обходительности, «целую ручки» и паркетных регтаймов. О, а музыка Хенрика Кузняка к «Ва-банкам» - это отдельная тема для разговора, примета времени и стилизация эпохи, идеально ложащаяся на видеоряд и долго ещё звучащая на подкорке «ту-ту-ту, фа-фа-фа» … Легкая и непринуждённая как фокстрот Датчанина в финале 1-го фильма, когда В.Пыркош, заявившись на съемки последней сцены изрядно подшофе, внезапно сымпровизировал, подхватил очаровательную Эльжбету Зайонцувну и зажигательно закружился с нею в танце – да так удачно, что остолбеневший поначалу режиссер включил эти кадры в заключительную версию фильма.

Ucho od śledzia  Ян Махульский прожил 80 долгих актерских лет, не минуты не жалея о том, что когда –то выбрал стезю актёра. «Я поверил, что эта профессия прекрасная. Дени Дидро говорил, что есть человек, созданный природой, есть человек, созданный автором, и есть человек, созданный актером и такого человека Дидро считал самым большим». Кавалер Золотого креста Польши, почетный гражданин г.Лодзь, жизнелюбец и серьезный шутник. Ложась в госпиталь, пан Махульский иронически объяснял окружающим: «Моторчик подремонтировать, чтобы машинка ещё побегала…». Не сложилось. 

  20 ноября 2008 года мотор остановился навсегда, но вновь и вновь мы усаживаемся перед экранами. Гаснет свет, запускаются нарочито скачущие титры «Творческое объединение «Кадр» и перед нами – комедийный мир «Ва-банка», где нет места скуке и безвкусице, где нет пошлых суперменов и героических негров, где царит легкая музыка и красивые люди совершают благородные поступки. Отныне Ян Махульский навечно живёт в душах своих благодарных зрителей, и Бог ведает - где ему комфортнее – у нас в сердцах, или на аллее Звезд?